Секс-миссия из польши в россию

Знаменитый польский актер Ежи Штур в новом фильме Романа
Качанова "Арье" снова доказал незаурядность и широту натуры
Картина "Арье" - о разлученных войной еврейских мальчике и
девочке из Каунаса - построена на сочетании современных
событий и воспоминаний героя, роль которого исполнил Ежи Штур.
В выборе актера режиссер не ошибся: именно присутствие
веселого и лиричного Ежи Штура делает фильм не столько драмой
о судьбе еврейского народа, сколько интернациональной историей
о человеке, который, узнав о том, что он смертельно болен, не
теряет присутствия духа: перед самым концом он встретил свою
возлюбленную из Каунаса и понял, что любил ее всю жизнь.
Знаменитый польский актер, режиссер, сценарист и писатель
сделал для польско-русского сближения больше, чем иной
политик. В эксклюзивном интервью корреспонденту "МН" Ежи ШТУР
рассказал о своем соприкосновении с русской культурой.

ДОСТОЕВСКИЙ КАК НАРКОТИК

- Мне необычайно повезло - пришлось очень много играть
Достоевского. Считается, что поляки умеют это делать, что само
по себе парадокс: писатель поляков не жаловал, в каждом из его
романов они либо воры, либо пьяницы, либо убийцы. Но все равно
он для нас любимый автор на все времена.
Когда мы в Колумбии играли "Братьев Карамазовых" в постановке
Анджея Вайды, нас спросили: "Какими наркотическими средствами
вы пользуетесь, чтобы достигнуть такого душевного накала?"
Смешной вопрос - единственным доступным для нас наркотиком
тогда была водка. А если серьезно, Вайда с нами очень много
работал, порой засыпал на репетициях, и мы старались играть
очень интенсивно, чтобы он не уснул, наверное, отсюда эта сила
психологического воздействия. Естественно, за этим стоят
огромные психические и физические затраты, но именно такой
театр меня интересует.

ЛЮБОВЬ - НЕ РАДОСТЬ

- Нравственным кодексом стали для меня слова Станиславского:
"Любите искусство в себе, а не себя в искусстве". Я так
организовал свою жизнь, что мне ничего не страшно - ни
"звездное" безумие, ни болезнь популярности; во мне рождается
нечто иное - постоянная необходимость в исповеди через
обращение к людям.
Многие годы я учился любить. Сначала думал, это как тепловой
баланс: ты даешь, тебе возвращается. Но потом понял - возврат
не важен, главное - жертвовать собой ради другого и найти в
этом счастье. Ведь любовь - вовсе не радость, это тяжкий,
порой мучительный труд.

МОЙ ГЛАВНЫЙ МАСТЕР

- Я начинал как театральный актер. Пятнадцать лет каждый божий
день я выходил на сцену и думал, что так будет всегда. Меня
часто приглашали на телевидение, но в кино - никогда. И вот в
1975 году ко мне подошел печальный молодой человек. Меня зовут
Кшистов Кисьлевский, представился он, я буду снимать свой
дебютный фильм, в котором хочу предложить вам роль. Только она
еще не написана, и, если вы откажетесь, ее вообще не будет.
Заманчивое предложение, не правда ли? Но я отчего-то не смог
ему отказать и встретил своего главного мастера. Тогда он
снимал только документальные картины и с недоверием смотрел на
людей, которые могут за деньги выжать слезу или полюбить кого-
то на несколько дней. Меня он стал учить новому восприятию
себя на экране. Ведь мы все представляем себя лучше, чем мы
есть на самом деле. Показывая мне свои документальные фильмы,
Кисьлевский говорил: "Смотри, этот человек органичен перед
камерой". Но я видел, что этот человек пьян и вообще не
понимает, что вокруг происходит. "А ты, - говорил Кисьлевский,
- должен так же трезвый играть, чтобы полностью забыть о
камере". Наши фильмы 70-х были своеобразным бунтом: мы впервые
стали говорить о том, что нас окружало. Может быть, это и не
был большой бунт - он был ограничен рамками цензуры, партийным
нажимом, но все равно мы выражали мысли целого поколения.

ДАЙТЕ ПОДУРАЧИТЬСЯ

- В какой-то момент я понял, что мне нужна передышка. В
студенческие годы я выступал в кабаре и сказал близким: дайте
мне немного подурачиться. Тут мне встретился режиссер Юлий
Махульский. Мы с ним дурачились и в конце концов сняли фильм,
который произвел фурор во всем мире. Его настоящее название
было "Секс-миссия", но так как у вас в то время секса не было,
в России картина известна как "Новые амазонки". Сменяются
поколения, режимы, но "Секс-миссия" по-прежнему современна, а
между тем это была шутка, ставшая вехой в истории польского
кино.

МОЕ ВРЕМЯ

- Когда я перешагнул через сорокалетие, в стране сменился
режим. Даже в самых смелых мечтах я не мог предполагать, что
это случится, и тут понял: это мое время. В 1994 году я
получил предложение снять собственное кино. Оказалось, что мое
многолетнее пребывание на съемках у Вайды, Занусси,
Кисьлевского не прошло даром. Хотя я считаю, что режиссерское
искусство - творчество невысокого полета. Главное - это хорошо
написанный сценарий и актерское исполнение. Режиссура - это,
собственно, игра ума. Актерство недаром называют приключением
сердца, это и есть настоящее творчество.

БОЛЕТЬ НОСТАЛЬГИЕЙ

- Я часто испытываю ностальгию. Долгое время я воспринимал ее
как болезнь, мне казалось, это своего рода комплекс. Пока
наконец не понял, что для поляка это нормальное состояние.
Как-то в Милане я прочитал объявление, что состоится встреча с
Андреем Тарковским, только что закончившим "Ностальгию". Я
пошел туда и увидел, как набросились на Тарковского
итальянские журналисты, возмущенные названием фильма, которое
ко всему прочему они должны были читать по-русски. Тарковский
ответил: "Моя ностальгия, это вовсе не ваша ностальгия; моя
ностальгия - это болезнь, и я не знаю, поймет ли меня кто-
нибудь в этом зале". Меня это настолько взволновало, что я
вскочил с кресла и крикнул: "Я". Он спросил: "Вы откуда?" Я
ответил, что из Польши. "А, - сказал он, - вы поймете, поляки
тоже знают, что такое ностальгия".

О ВЕРЕ И РЕЛИГИИ

- Отношения с религией у меня простые: я благодарен Богу за
все, что он сделал для меня. У меня ощущение, что он всегда
рядом со мной и постоянно мне помогает. Однажды он спас меня
от смерти. Бог постоянно дарит мне замыслы фильмов. Мое
оптимистическое восприятие мира - только его заслуга.
Кисьлевский всю жизнь искал Бога и порой завидовал моему покою
- у него покоя не было всю жизнь, что и отразилось во всех его
картинах.
Но с костелом у меня проблемы есть, и в каждом моем фильме они
так или иначе видны. Я считаю, что костелы погрязли в рутине,
а социализм с коммунизмом вреда к этому добавили: священников
брали в армию, самые лучшие семинарские кадры, как правило, до
получения сана не доходили.

О НОВОЙ РАБОТЕ

После картины "Погода на завтра", которая была показана на
последнем московском кинофестивале, Ежи Штур задумал еще один
фильм об отцах и детях.
- Суть ее в том, - объясняет режиссер, - что мы, родители, не
слышим своих детей. Вот одна из историй, которая войдет в
фильм. Варшавскую школу настигла эпидемия наркотиков, против
которой все оказались бессильны. Тогда учителя придумали такой
ход: каждый квартал у школьников будут брать анализ крови и
сразу станет ясно, кто принимает наркотики. Но родители не
согласились! Они не хотели об этом знать. Естественно, нашлись
тысячи аргументов: это не гуманно, ущемляет свободу личности.

ПОЧЕМУ ПОЛЯКИ БОЯТСЯ ДЕМОКРАТИИ

- Действительно, мы несколько разочарованы в происходящем
сегодня, потому что думали: все наши недостатки принес
коммунизм, и как только он падет, наш провинциализм, мелкое,
мелочное существование, ложь, грязь, неумение жить в
демократии - все это исчезнет. Но социализма давно нет, а все
осталось по-прежнему.
Самая неприятная польская черта, особенно заметная в последнее
время, - уничтожение авторитетов. Стоит появиться незаурядной
личности, как ее тотчас окружает масса кровососов. Это
самоубийственная черта. Разрушение авторитетов приводит к
тому, что люди становятся циничны и жестоки на несколько
поколений вперед. Мы жалуемся, что нет гениев, но сами же не
даем им возможности проявиться, пожирая их на первоначальном
этапе.
***
ДОСЬЕ
Ежи Штур (Jerzy Stuhr) - польский актер, сценарист, режиссер.
Родился 18 апреля 1947 года. В 1972-м окончил Краковское
государственное Высшее театральное училище, после чего вплоть
до 1991 года работал в Старом театре в Кракове. Обладает
престижными наградами за исполнение ролей в театре и в кино. В
1994 году Штур снял свой первый фильм "Список прелюбодеек",
который тоже был удостоен нескольких премий. Настоящий успех
режиссеру Штуру принес фильм "Любовные истории", снятый тремя
годами позже. Последний его фильм "Погода на завтра" (2003)
был показан на недавнем Московском кинофестивале. С 1998 года
Ежи Штур - член Европейской киноакадемии. Последние годы
снимается преимущественно за рубежом, в том числе и в России.
Преподает в том же Краковском училище, которое окончил и
ректором которого является с 1991 года.

Секс-миссия из польши в россию

заказать изготовление светового короба